РЭНКИНГ ЛУЧШИХ ЧАСТНЫХ ШКОЛ МОСКВЫ

Школа для всех: как инклюзия влияет на обучение

Идея инклюзивного образования в России часто вызывает сопротивление родителей и учителей. Однако включение в учебный процесс детей с инвалидностью или ментальными особенностями может всерьез повысить его качество и актуальность.
Ребенок может быть любым
Инклюзия (от англ. inclusion — «включение») позволяет детям с ограниченными возможностями плодотворно учиться и развиваться вместе с нормотипичными или «обычными» детьми. Причем ограниченные возможности — это не только соматические заболевания, но и ментальные или жизненные особенности, например, пережитая травма или адаптация к новой стране. Такая задача требует определенного подхода: образовательная система должна подстраиваться под каждого ребенка, вместо того чтобы подгонять всех учеников под единый стандарт. Неслучайно эксперты сходятся во мнении, что инклюзивная среда — индикатор развития школы в направлении персонализированного обучения.

По словам международного эксперта по инклюзивному образованию Марии Прочухаевой, смысл инклюзии — в индивидуальном подходе к каждому ребенку, учитывающем все его потребности.

В традиционной школе, где есть представления о хорошем ученике — послушном, усидчивом, усваивающем материал в удобном учителю ритме, инклюзия невозможна. В основе инклюзии — убеждение, что ребенок может быть любым: с ограниченными возможностями здоровья или абсолютно здоровым, усидчивым или активным, с математическими способностями или без них. А школа должна создавать максимальные возможности для развития и образования каждого, вне зависимости от наличия или отсутствия диагноза.
Нужные навыки
Несмотря на расхожее понимание инклюзии как системы, при которой «нормальным детям» и учителям нужно «терпеть» особых детей, настоящая, а не имитационная инклюзия работает в обе стороны и одинаково выгодна для всех.

Наталия Борисова, эксперт Ассоциации инклюзивных школ, отмечает, что инклюзия ставит обычных детей перед фактом разнообразия людей и их запросов, учит их взаимодействовать с людьми, непохожими на них, развивает эмоциональный интеллект. Эти гибкие навыки необходимы в современном мире.

Мониторинг универсальных компетенций, формирующихся у учеников без ограниченных возможностей здоровья в инклюзивном пространстве, показывает, что по сравнению со сверстниками у них лучше сформированы навыки критического мышления и работы с разными видами информации, выше продуктивность и контроль деятельности. Кроме того, они демонстрируют более высокие социальные и коммуникативные навыки, а также такие личностные качества, как инициативность, гибкость и лидерство.

Обучаясь приемам и технологиям работы с особыми детьми, учителя расширяют набор профессиональных педагогических практик, которые затем используют в работе с любыми детьми, — индивидуальный подход помогает школьникам добиваться лучших результатов. Гуманизация образовательного пространства готовит и обычных детей к взрослой жизни, а команда специалистов, работающих в школе, становится ресурсом и для них тоже.
Спрос и предложение
Благодаря лучшему пониманию того, как работает инклюзия и зачем она нужна, запрос на инклюзивные школы растет. Инклюзия в государственных школах Москвы развивается в рамках городских проектов. Однако, по оценкам экспертов, успешных практик все еще крайне мало и остро не хватает специалистов нужных направлений.

Ольга Журавская, президент благотворительной организации «Журавлик», подтверждает, что ситуация с инклюзией не кажется столь безнадежной, как 5 лет назад: «Все больше и больше государственных школ получают запросы от настойчивых родителей, которые знают права своих детей, сами школы смотрят по сторонам и видят соседние школы, которые уже пошли навстречу инклюзии, и решают тоже попробовать, начинают думать, как распределить бюджет, как получить дополнительные ставки и т. д. Это умные школы. Есть примеры государственных школ, где есть и ресурсная зона, и зона сенсорной разгрузки, и ставки тьюторов, и логопеды, значит, все это реально. Главное в инклюзии — не деньги, а понимание директора, что каждый ребенок может и должен ходить в школу, если качество жизни ребенка от этого улучшится». Эксперт отмечает, что и в частных школах, где преобладает персонализированный подход и к каждому ребенку и сотруднику относятся как к члену семьи, инклюзия внедряется легко. Чем больше таких школ, тем эффективнее инклюзивная среда: полноценная инклюзия работает, когда особые дети составляют не более 10–20% от всех учащихся.
3 декабря / 2020
ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ СПЕЦПРОЕКТА