Юридическое образование в США

Личный опыт студентки из России

АВТОР:
Дарья Левина
Forbes Education Contributor
выпускница Гарвардской школы права и МГУ им. Ломоносова, студентка докторантуры European University Institute во Флоренции, эксперт по образованию за рубежом
В школе с девятого по одиннадцатый класс я участвовала в самых разных олимпиадах, в основном, по гуманитарным специальностям. Право мне давалось лучше всего: два раза я становилась призером Всероссийской олимпиады по праву, а с третьей попытки даже стала победительницей. Диплом Олимпиады дал мне право выбрать юридический факультет любого вуза страны и поступить на него без экзаменов. Я, недолго думая, выбрала Юрфак МГУ им. М.В. Ломоносова.

Во время учебы в МГУ мне больше всего нравилось международное и сравнительное право, и я ездила на разные стажировки и стипендиальные программы, чтобы исследовать юридический мир в Германии, Франции, Нидерландах, Бельгии.

Закончив Университет с красным дипломом, я пошла работать в немецкую юридическую фирму в Москве. Довольно скоро поняла, что хочу получить полноценный опыт учебы и работы в другой стране, и начала готовить заявки на поступление в зарубежные магистратуры. Пройдя тернистый путь подачи заявок и поиска финансирования, я оказалась в Harvard Law School. Год, который я там провела, полностью перевернул мой мир и мое представление о праве.

Многие меня спрашивают, в чем состоят различия между юридическим образованием в России и в США. Я бы выделила несколько моментов.

Сократический метод (Socratic method)

Большинство тех, у кого в университете был курс философии, помнят знаменитые диалоги греческого философа Сократа, который ставил перед собеседником проблему и в беседе искал истину.

Сократический метод в настоящее время активно используется при обучении юристов в американских школах права. Занятия строятся по принципу диалога: преподаватель задает каверзный вопрос, и любой студент должен быть готовым на него ответить. Преподаватель, как правило, не спрашивает тех, кто поднимает руку (хотя вполне может спросить и их). Это называется cold-calling. Студенты всегда должны тщательно готовиться к занятию – ведь никто не хочет опозориться перед классом в 70 человек. На курсах, которые считаются для американских юристов обязательными (таких около десяти), студенты рассаживаются в назначенном порядке – у профессоров есть «карта» зала, на которую они ориентируются, задавая вопросы.

США – страна так называемого общего права, или common law. Это означает, что ключевой источник права здесь – судебный прецедент.
Судебный прецедент (от лат. praecedens, род.п. praecedentis «предшествующий») — решение определенного суда по конкретному делу, имеющее силу источника права (то есть устанавливающее, изменяющее или отменяющее правовые нормы). Прецедентом являются решения, вынесенные по аналогичному делу, разрешённому в рамках аналогичного производства. (Источник: Википедия)
Судебный прецедент (от лат. praecedens, род.п. praecedentis «предшествующий») — решение определенного суда по конкретному делу, имеющее силу источника права (то есть устанавливающее, изменяющее или отменяющее правовые нормы). Прецедентом являются решения, вынесенные по аналогичному делу, разрешённому в рамках аналогичного производства. (Источник: Википедия)
Поэтому большинство дискуссий в классе строится вокруг обсуждения судебных решений. Американские судебные решения можно назвать литературными произведениями (со сложной аргументацией), поэтому даже хорошо подготовившись к семинару, очень многое все равно упустишь. Однако во время занятия, разбирая один каверзный вопрос за другим, постепенно постигаешь истину.

Сократический метод обучения сложен также и потому, что профессора никогда не задают простые вопросы: им неинтересно, что написано в учебнике и что сказали по этому поводу другие люди, они не ждут от студентов «правильного» ответа. Предполагается, что ты все уже выучил, твоя задача – научиться формулировать и аргументировать свою точку зрения.
Алгоритм решения юридических задач

Один из ключевых моментов, который я вынесла из обучения в Гарварде, – определенный алгоритм и логика решения юридических задач, которым учат всех юристов в США. Я была знакома с ними и ранее благодаря участию от МГУ в американском конкурсе Джессопа, но только во время учебы в Гарварде стала систематически использовать их в своем мышлении.
    Конкурс по международному праву им. Ф. Джессопа – старейший конкурс для студентов-юристов по международному праву, проходит в форме модельного судебного процесса. Это крупный и престижный конкурс по международному публичному праву, в котором участвуют студенты и аспиранты юридических вузов разных стран. Конкурс был учрежден в 1959 г., проводится на английском языке и строится по модели судебного разбирательства в Международном суде ООН.
    Конкурс по международному праву им. Ф. Джессопа – старейший конкурс для студентов-юристов по международному праву, проходит в форме модельного судебного процесса. Это крупный и престижный конкурс по международному публичному праву, в котором участвуют студенты и аспиранты юридических вузов разных стран. Конкурс был учрежден в 1959 г., проводится на английском языке и строится по модели судебного разбирательства в Международном суде ООН.
    Алгоритм включает в себя четыре элемента: IRAC = Issue (юридический вопрос) + Rule (норма права) + Application (применение нормы к праву) + Сonclusion (вывод).

    Первый шаг состоит в том, чтобы идентифицировать Issue, или юридический вопрос, который требует решения в конкретном деле. В самой простой форме он может выглядеть, например, так: был ли заключен договор купли-продажи автомобиля между сторонами А и Б?

    Далее необходимо определить применимую норму права. Казалось бы, тут все просто – посмотри в закон или найди уже существующие прецеденты, вот и ответ. Однако на практике все гораздо сложнее. Зачастую находятся несколько конкурирующих оснований для исключения или факторы, которые делают общую норму неприменимой, и т.д.

    После определения нормы права следует самый сложный этап – применение этой нормы к фактам дела. Это та часть юридического анализа, которая почти полностью игнорируется при обучении юристов в России, поэтому здесь юристы обычно просто «подтягивают» факты к норме права. А между тем неправильное применение нормы права может привести к отмене судебного решения.

    Наконец, вывод. В контексте примера с договором между сторонами А и Б, вывод должен ответить на вопрос: так был ли в действительности заключен договор купли-продажи автомобиля?

    Алгоритм выглядит обманчиво просто. Правильное применение этих принципов требует огромного труда и серьезной аналитики. После погружения в американскую систему права и в IRAC-способ решения юридических задач, фраза «think like a lawyer» (пер.англ «думай, как юрист») впервые приобрела для меня смысл и перестала быть просто клише. До этого, в МГУ, основной акцент всегда был на нормах. Нас просто заставляли заучивать правила и нормы, без внимания к четкой постановке вопросов, применению права и выводам. А в Гарварде я, наконец-то, получила алгоритм – понятную, конкретную последовательность шагов, которая всегда безошибочно приведет меня к профессиональному решению проблемы.
    Курсы и обучение, основанное на опыте

    Из выбранных мною курсов самое большое удовольствие мне доставил trial advocacy workshop, на котором мы учились выступать в суде. Этот курс был настолько популярен среди студентов, что пришлось подавать отдельную заявку с резюме и мотивационным письмом, проходить отдельный отбор.

    Курс был супер-интенсивным и занимал семь часов каждый день на протяжении трех недель. Весь курс проходил в формате experiential learning (пер.англ. «обучение на опыте»): мы не слушали лекции про то, как выступать в суде, а непосредственно выступали в смоделированном судебном процессе, разбирали основные части выступления – opening statements (пер.англ. вступительные заявления), closing statements (пер.англ. заключительные заявления), examinations (пер.англ. допросы), cross-examinations (пер.англ. перекрестные допросы). В материалах курса было три фиктивных (выдуманных) судебных дела, и на каждом мы отрабатывали вступительные и заключительные аргументы, прямые и перекрестные допросы свидетелей и т.д. Каждый день начинался с тренировок в небольших группах по 4-6 студентов плюс два преподавателя. Потом мы переходили в большие группы примерно по 20 человек. Наши выступления записывали на камеру, а потом реальный судья разбирал с нами видео. После был ужин с преподавателями – потрясающими юристами, регулярно выступающими в суде. Заключительной частью каждого дня были demonstrations (пер.англ просмотры), в рамках которых преподаватели показывали, как они сами готовили бы ту или иную часть процесса. Каждая из таких демонстраций становилась для меня откровением. Помню, как уже к концу курса, когда мы прогнали каждое из дел десятки раз и у меня сложилась вполне четкая теория о том, кто прав, кто виноват, на одном из просмотров преподавательница сделала closing statement, которым разбила мою теорию в пух и прах.

    Признаюсь, что до этого курса я довольно скептически относилась к американскому судебному процессу: по фильмам у меня сложилось впечатление, что это сплошная драма и игра эмоций, а реальным юристам там делать нечего. Курс полностью изменил мое представление о том, что происходит в американских судах. Выяснилось, что судебный процесс казался драмой только тогда, когда это делали актеры для публики, а профессиональная реальность гораздо глубже и интереснее.
    Учеба в Гарварде не просто полностью переформатировала мое юридическое мышление, но и показала все многообразие возможных подходов к праву. После учебы я получила предложение об оплачиваемой fellowship (вид программы, который часто практикуется за рубежом – уже не стажировка, но еще не работа) в Постоянном третейском суде в Гааге, после окончания которой поступила на программу докторантуры в European University Institute во Флоренции, где сейчас пишу диссертацию. Для меня учеба в другой стране, тем более настолько непохожей на все то, что я знала до того, стала поворотным пунктом во всех аспектах жизни. Это опыт, который необходим почти любому человеку, независимо от дальнейших планов на жизнь и карьеру: он поможет как построить карьеру за рубежом – академическую или практическую, так и обогатит вашу деятельность в родной стране, дав дополнительные инструменты для решения профессиональных задач.
    2 июня / 2021

    МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ
    Будьте в курсе!
    Получайте актуальную информацию о мероприятиях и новых материалах об образовании от Forbes Education.
    Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных согласно 152-ФЗ. Подробнее